Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
23:51 

DanielleCollinerouge
Глава 34. Долорус


Профессор Смит смотрела на класс со своей неизменной сладкой улыбкой. Как обычно, Гарри почувствовал, что воздух вокруг быстро наполняется эротическими флюидами и фантазиями. Так, срочно На златом крыльце сидели…
Глаза парней сделались глупыми и отрешенными. Кроме Рона, который отчаянно боролся с наваждением – Ты целовалась с Малфоем, Красотка!
– Сегодня я познакомлю вас с некоторыми видами заклинания боли, - томно протянула Элизабет и посмотрела на Гарри.
Царь, царевич, король, королевич! Черт бы побрал эту красотку, снова мерещится! И такое! Сапожник, портной… И толстое, пуленепробиваемое, влагонепроницаемое, давлениевыдерживающее стекло!
– Вы уже изучали непростительное заклинание Круцио, но его использование запрещено. Поэтому часто вместо него применяется Долорус, заклинание, которое причиняет человеку примерно такую же боль, как, скажем, сильный удар, или дает примерно такое же ощущение, как боль прищемленного пальца или разбитого колена. Все зависит от того, какую силу вы вложите в это заклинание, - рассказывала Элизабет, вышагивая по кабинету походкой модели на подиуме.
Взгляды всех парней скрестились на её груди, соблазнительно обтянутой темно-синим бархатом. Гарри уткнулся в учебник, мысленно продолжая гонять считалку по кругу. Кажется, ещё немного и Рон забудет про обиду за Малфоя. Невилл, хоть бы рот не так сильно открывал. Везет Гермионе, она за глухой стеной с тихой злостью слушает объяснение этой Красотки. Мне бы такой блок!
– Потренируйтесь друг на друге. Если заклинание произносить спокойно, то боль будет вполне терпимой.
Почти до конца урока гриффиндорцы вяло бубнили Долорус, шипели от боли и докладывали Элизабет свои ощущения.
– Мистер Уизли, - обратилась она к Рону, - попробуйте вы… на мистере Поттере.
Рон, насупившись, ткнул палочкой в сторону Гарри. Гарри вздрогнул, словно его кольнуло.
– Что-то у вас не получается. Чуть-чуть сильнее, примерно так…
Гарри вскрикнул – по руке словно хлестнули крапивой. Гермиона так посмотрела на Элизабет, что Гарри начал опасаться, что услышит визг преподавательницы – от ощущения ногтей на лице.
– Прости, Гарри, - Элизабет схватила его за руку. В животе неприятно закрутило. Гарри мысленно затарахтел считалку, пока профессор не отошла от него.
Через несколько минут чье-то заклинание попало ему в грудь. У Гарри перехватило дыхание. быстро приблизился пол. Гермиона и Рон вскрикнули, увидев, что Гарри упал. хватая ртом воздух. Секундой позже над ним нагнулась профессор Смит. Гермиона злобно пронаблюдала за тем, как Красотка помогла подняться Гарри.
– Ты в порядке? – участливо спрашивала профессор. - Присядь за парту, так… уже дышишь нормально? Все хорошо?
Элизабет отошла к другим ученикам. Гарри остался сидеть за партой. Дыхание его восстановилось, боль в груди утихала, но почему-то появилась вялость во всем теле.
– Гарри! – перед ним возникло обеспокоенное лицо Гермионы.
– Я в порядке, - соврал он, пытаясь сфокусировать взгляд.
Прозвонил колокол – сигнал того, что урок закончился. Гарри встал, но пошатнулся и оперся о парту. Гермиона собрала его и свои вещи и велела Рону нести ранец Гарри.
– Круто тебя долбанула эта красотуля, - проворчал Рон уже в коридоре. Гермиона поддерживала идущего Гарри под руку.
– Что? – переспросила она. – Это сделала Смит?
– Нечаянно, конечно, когда Невилла поправляла, но двинула будь здоров. Правда, Гарри? – ответил Рон, поправляя на плече ранец друга. Гермиона нахмурилась.

Глава 35. Урок любви Гермионы
Однажды вечером Гарри уже собрался незаметно уйти в свою комнату, когда его перехватил Рон.
– Слушай, Гарри, - замялся он, - я… ну в общем пригласил Луну на свидание. Мы решили все-таки попробовать встречаться.
– Здорово, - обрадовался Гарри.
– Гермиона сказала, что из-за этой вашей блокологии видит, что я очень нравлюсь Луне.
– Да, - кивнул Гарри. – Она часто думает о тебе и волнуется, когда встречает в Общем зале. А ещё любуется, как ты здорово летаешь на метле.
– Класс! – воскликнул Рон. – Правда?
Гарри покивал и заговорщицки подмигнул другу.
– Ну так вот, - приободрился Рон, - я пригласил её встретиться после отбоя в пустом классе. И там я хочу… поцеловать её. По-взрослому, - многозначительно добавил он.
– И? – выжидающе посмотрел на него Гарри.
– Э-э, я видел, ты умеешь это делать…вы так целовались…Ну, классно так… молодцы. А я не умею.
– Я тоже не знал, как это делать. Но потом все само получилось, - ответил Гарри и покраснел.
– Ну, дай хотя бы пару советов.
– Рон, - казалось, Гермиона аппарировала. не смотря на то, что это невозможно в Хогвартсе, - насколько серьёзны твои намерения по отношению к Луне.
Гарри выразительно посмотрел на Рона – сам нарвался, кто тебя просил думать об этом на всю гостинную!
– Какие намерения, - буркнул Рон, - встречаться с ней хочу, сама же мне предлагала!
– Девушка любит тебя. А ты?
– Пока только нравится, там видно будет.
Гермиона недоверчиво на него посмотрела, но подумав, вздохнула:
– Ладно. В конце концов, тебе действительно пора начать общаться с девушками, а то у тебя на уме один квиддич. Я покажу тебе, как нужно целоваться, но ты должен иметь в виду, что это далеко не все, что должно быть между вами!
– Я бы с удовольствием посмотрел, но ты не покажешь, - усмехнулся Рон.
– Я имела в виду взаимопонимание, - холодно отрезала Гермиона.
Она повернулась к Гарри и старательно поцеловала его. Поцелуй получился странным, неестественным, а сам Гарри ощутил себя наглядным пособием. Однако Рон издал восторженное восклицание.
Гермиона дала ему несколько советов, но таким научным языком, что Гарри еле сдерживался от смеха, а Рон слушал ее так, как будто она рассказывала ему, как решить задачу по нумерологии.
*
– Не думаю, что из этого выйдет что-то хорошее, - озабоченно проговорила Гермиона, укладываясь рядом с Гарри в их постель. Простыни, благодаря стараниям Добби, были теплыми, что было очень кстати – в замке гуляли весенние сквозняки.
– Почему? – спросил Гарри, привлекая её к себе, - ты ведь так хотела, чтобы они начали встречаться.
– У него один секс на уме, - недовольно ответила девушка.
– У меня тоже, - виновато повел плечом Гарри.
– Глупости. Это совсем другое! – возразила Гермиона. – Мы любим друг друга! И это – одно из проявлений нашей любви.
– Понимаешь, Гермиона, у нас с тобой все хорошо, мы встречаемся, нам не мешает ни Снейп, ни Филч, ни этот чокнутый полтергейст. А Рон… Он тоже так хочет. А Снейп у него даже журнал отобрал!
– Гарри, неужели ты не понимаешь! У Рона есть только одно желание – удовлетворить свою страсть, а где романтические свидания, робкие объятия? Да, ты вправе сказать, что у нас с тобой этого не было, но ведь у нас совсем другая история! Нас обвенчали! И мы с тобой не просто тискаемся в комнатке, о которой не знает никто, - мы любим друг друга! Я переживаю за тебя, чувствую тебя, а ты – меня! И в конце концов, мне нравится не только секс с тобой! Когда ты лежишь рядом, спишь или грызешь перо над рефератом, - мне все это нравится! Мне хорошо, Гарри. И если у Рона нет такой пары, искренне надеюсь, пока нет, то это не твоя вина… Он еще глупый подросток!
Гарри, улыбаясь, слушал то, что говорила Гермиона. Как она любит строить из себя взрослую! Это так мило и забавно.
*



URL
Комментарии
2011-02-08 в 23:52 

DanielleCollinerouge
*
– Как прошло свидание? - поинтересовался Гарри у хмурого Рона.
То, что у него и Луны что-то не сложилось, Гарри уже знал. А, все ясно, поцелуй прошел успешно, а вот… упс! Рука под мантию, испуганное лицо Луны, пощёчина и побег – все это пронеслось в голове Рона, словно бурлящий поток.
Рон кисло пересказал Гарри эту сцену словами.
– Тебе не стоило так резко… Рон. Луна ещё девчонка…
– Да я как поцеловал её, так сразу стал взрослым! – возмущенно прошептал Рон. – Или мне надо было ей звезды показывать!?
Появившаяся Гермиона излучала такую злость, что воздух вокруг неё сгустился и завибрировал. Луна переживает, что отказала Рону, и теперь он больше не захочет с ней встречаться – ухватил Гарри. Только что плакалась Гермионе.
– Ты дурак, Рон, - процедила Гермиона, сверля его глазами, - тебя хоть что-нибудь, кроме секса, интересует!? Ах да, прости, квиддич! Ты серьёзно полагал пристать к ней на первом свидании? – Гермиона безжалостно отчитывала Рона до тех пор, пока он не кинулся на неё с вопросом, долго ли она и Гарри строили друг другу глазки.
– У нас любовь возникла из дружбы. И вообще, оставь в покое наши отношения! Иди к Луне, извинись перед ней и предложи ей просто прогуляться!
Последовавшая словесная перепалка между Роном и Гермионой напомнила Гарри дуэль волшебников. Было совершенно очевидно, что Рона не интересовала слюнявая подростковая любовь в виде томных взглядов, хихиканья, пожимания друг другу рук и попыток взрослых поцелуев. Рон все время думал о Гарри и Гермионе, и ему хотелось того же. Поэтому Гарри ни сколько не удивился, узнав, что Рон с Луной и не думал мириться.
Зато через несколько дней за завтраком Гарри ясно увидел сквозь черты лица Рона полупрозрачное лицо девушки.
– Поздравляю, - удивленно протянул Гарри.
Рон смущенно заерзал рядом, спешно поедая яичницу с беконом. Темная классная комната, отвлекающее заклинание от Пивза и Филча. Гарри смущенно прикрыл лицо рукой – все видения и ощущения Рона ясно считывались с него, не имеющего ни малейшего понятия о блоке и упоенно переживающего моменты близости с семикурсницей.
– Эрика сказала, что я – самый клевый парень в школе, капитан команды и все такое. Прикинь, Гарри, сама предложила, - горячо зашептал Рон. – Все умеет! Я, если честно, немного боялся, что облажаюсь, а она… ну догадалась, что я ещё ни разу и … Ты чего, Гарри?
Гарри, пунцовый от смущения, спрятал лицо в руках.
– Глянь, классно, и рассказывать не надо, читай между строк, старина, - довольно растянулся в улыбке Рон.
– Рада за тебя, - едко бросила Гермиона, усаживаясь рядом с Гарри.
– Не лазь в моей голове, - буркнул ей Рон.
– Очень надо! Просто ты так об этом думаешь, что я это увидела ещё в холле! Я не могу ни заткнуть уши, ни закрыть глаза! – огрызнулась Гермиона.
– Интересно, да? – ехидно отозвался Рон.
– Успокойся, - остановил его Гарри. – Перестаньте ссориться.
Он покосился на девушку – железный блок. ДАЙТЕ МНЕ СПОКОЙНО ПОЕСТЬ!
Встретив у выхода Эрику, Гарри увидел и на ней черты лица Рона. Его возросшая чувствительность позволила ему узнать, что по меньшей мере ещё двое парней оставили на ней следы до Рона. Информация всех её партнеров витала вокруг словно полупрозрачная дымка. Гарри вспомнил все, что говорил ему Люпин об энерго-информацинном обмене. Как же быть с этой девушкой, не навредит ли она Рону? Тогда, когда Ремус, смущаясь, рассказывал ему об энергетике волшебников, Гарри просто верил ему на слово, теперь он это чувствовал. Имея постоянную связь с Гермионой, Гарри ясно ощущал, что весь, полностью пропитался её информацией. Её остро чистая, словно родниковая вода, энергетика казалось, смешивается с его кровью и льется по жилам. Просто немыслимо, если бы на ней были чьи-то следы ещё! Гарри на минуту представил себя на месте Рона и ужаснулся своей чувствительности. Он, наверное, не смог бы даже поцеловать эту девушку, без ощущения, что слизывает чужие слюни. Гарри поделился этой мыслью с Гермионой.
– Навредит? – переспросила она. – Вряд ли, Гарри. Она не плохая, ни хорошая. К тому же у Рона нет никакой чувствительности, он далек от всех этих тонких материй. Другое дело, что из него могло бы получиться, свяжись он с хорошей девушкой, умной, интересной, доброй. Ты бы его не узнал. Я надеялась, что с Луной у него все получится, он станет спокойнее и перестанет вести себя, как глупый подросток. Что ж, нет так нет. Ничем не могу ему помочь!

URL
2011-02-08 в 23:57 

DanielleCollinerouge
Глава 38. Патронус
Следующие несколько дней прошли спокойно. Гермиона благополучно написала трудную контрольную по древним рунам, Рон изобретал новые способы тайно встречаться с Эрикой.
Элизабет делала вид, что ничего не произошло, и Гарри был этому рад. Её по-прежнему будоражили парней, поэтому Гарри продолжал ставить самые сильные блоки, на которые был только способен. Больше всего на свете Гарри не хотел ещё раз почувствовать то, что было в тот злополучный вечер.
К концу недели всех шестикурсников отвезли на рыцарском автобусе в министерство магии для первого практического урока по аппарированию. В зале то и дело слышались резкие звуки, напоминающие выстрелы. Гарри казалось, что он очутился в тире. Из-за осознания безопасности аппарирования в этом помещении Гарри не испытывал ни малейшего страха перед первой попыткой. Он словно на мгновение нырнул в темноту – и вот уже он стоит в том месте зала, которое загадал. Ап! И всё. Потрясающе! Аппарировать что ли в гостиную к Дурслям? Страшно представить себе лицо тети Петуньи и дяди Вернона, когда из воздуха возникнет их любимый племянник! А у Дадли даже не хватит ума позавидовать – на любую маггловскую дискотеку или кино можно попасть абсолютно бесплатно! Главное, ни в кого не влипнуть.
– Что ж, первое занятие прошло довольно успешно, - подвел итог профессор Лестрик, - однако это не значит, что вы уже научились аппарировать. Впереди ещё много уроков, на которых вы усовершенствуете свои навыки, получите разрешение сдать экзамен, а уже после успешного прохождения тестов вы сможете аппарировать и на дальние расстояния. Да, и не забывайте, что аппарирование до вашего совершеннолетия запрещено.
Возбужденные и радостные ученики садились в автобус, представляя, как в будущем они будут использовать это умение.
– Эх, жаль, в Хогвартсе нельзя аппарировать, - растянулся в мечтательной улыбке Рон, - тогда бы Снейп меня не впоймал.
– Да, - хмыкнула Гермиона, - особенно, если учесть, что иногда при неудачном аппарировании волшебники перемещались на другое место без одежды – она так и оставалась висеть в воздухе несколько секунд, прежде чем рухнуть на пол грудой.
Гарри засмеялся. Рон от изумления раскрыл рот.
– Аппарирование – довольно рискованное дело, - продолжила лекцию Гермиона, - в нем столько НО и разных трудностей, что многие волшебники предпочитают порошок флю или порталы. Для того чтобы удачно аппарировать, нужно четко представить себе место назначения, сосредоточиться и сжаться, словно в комок, чтобы не располовинило или не раздело. А ещё важно не заблудиться!
Гарри представил себя, аппарировавшего среди снегов Антарктиды. М-да, прохлада, пингвины, если повезёт, то научная станция далеко на горизонте.
– Да ну тебя, Гермиона! – возмутился Рон, - мне и Лестрика хватает! Тебе вообще уже можно сдавать экзамены досрочно!
– Я всего лишь полностью прочитала учебник, - ответила девушка.
– Гы, и когда ты только успеваешь? – хихикнул Рон. – Тебе больше нечем заняться?
– Я успеваю делать все, - веско произнесла Гермиона и выразительно на него посмотрела.
*
Гарри пришёл на урок к профессору Дамблдору один.
– Я рад тебя видеть снова успокоившимся, - добродушно блеснул очками Дамблдор, увидев Гарри. – Как твои дела?
– Профессор Снейп сказал, что я больше не нуждаюсь в уроках блокологии, - сообщил Гарри, присаживаясь на указанный Дамблдором стул.
– Да, я знаю. Северус сказал, что ты достиг очень хороших результатов – научился считывать информацию и ставить довольно мощные блоки. Безусловно, ты и дальше будешь упражняться в блокологии. Но уже самостоятельно, - Дамблдор улыбнулся, ясно прочитав на лице Гарри радость по поводу окончившихся дополнительных уроков у Снейпа.
– Я доволен, ты так многому научился за это время.
– Без Гермионы ничего бы не получилось, - ответил искренне Гарри.
– Да, мальчик, - покивал директор, - без этой умной и хорошей девочки таких результатов ты бы достиг гораздо медленнее. Однако начнем наш очередной урок. Очень хорошо, что ты умеешь вызывать патронуса, - Дамблдор удобнее устроился в своем кресле. – Но ты не знаешь, что патронус способен не только отогнать дементора. Если научиться вызывать его без волшебной палочки, одним только мысленным усилием, то патронус способен отразить любое заклинание. Даже смертельное.
– Да? – изумленно воскликнул Гарри.
– Да, Гарри. Но в том-то и проблема, что вызвать патронуса без волшебной палочки очень трудно, это забирает много сил. Однако мы попробуем. Итак, сосредоточься на том, как выглядит твой патронус и позови его.
– Как?
– Патронус! Одним только словом, вернее мыслью, сильной мыслью. Попробуй, Гарри.
Гарри вспомнил своего огромного серебристого оленя, мысленно позвал его. Никакого результата.
– Не страшно, - успокоил его Дамблдор, - это непросто, ты должен продолжать попытки.
Гарри напрягался изо всех сил, но только после того, как на его лбу выступили капельки пота и он серьёзно начал ощущать себя измученной роженицей, из воздуха возник серебристый олень.
Глаза Дамблдора блеснули триумфом, но он тут же успокоился.
– Хорошо, Гарри, на сегодня достаточно. Отличные результаты для первого раза.
*
На следующее занятие Гарри пришёл уже с Гермионой. Но Дамблдор отрабатывал вызов патронуса только с Гарри, деликатно оставив Гермиону наблюдать за этим.
– Хорошо, - удовлетворенно кивнул профессор, любуясь на возникшего серебряного оленя. – Теперь я попытаюсь бросить в тебя заклинание, постарайся отразить его. Готов?
– Гарри кивнул.
– Импедимента, – спокойно произнес Дамблдор и взмахнул палочкой.
Перед Гарри вновь возник олень и отразил луч, посланный профессором.
– Отлично. Ещё раз!
Гарри отразил все связывающие заклинания, посланные в него Дамблдором, но он чувствовал, что заклинания были маломощными. Гарри прекрасно помнил свои ощущения, когда в министерстве магии мимо его головы пролетело настоящее заклинание Дамблдора, оно было такое сильное, что от него волосы на голове стали дыбом.
После урока Гарри ощутил себя выжатым, как лимон. Профессор протянул ему бокал. Гарри узнал вкус взбадривающего зелья.
– На сегодня достаточно. До следующего урока можешь потренироваться с Гермионой, но не переусердствуй, патронус забирает так много сил, что ты можешь потерять сознание. Тогда меня убьет мадам Помфри, - и Дамблдор довольно посмотрел на устало поднимающегося Гарри.
*
Гарри поставил на стол чернильницу, книгу и стакан тыквенного сока. Сев на стул, сосредоточился – сок придвинулся к нему. Отлично. Снова сосредоточенный взгляд - книга отлетела в сторону. Хорошо. И напоследок – чернильница разлетелась вдребезги. Репаро. Вот так.
– Класс! – услышал он сзади себя изумленное восклицание Рона.
– Уроки высшей магии, - улыбнулся Гарри, повернувшись к нему. – Домашняя работа.
– Круто! - Рон почесал затылок. – А это трудно?
– Сначала я думал, что легче поднять себя самого за волосы, чем сделать это, но потом стало потихоньку получаться. Понимаешь, спонтанно это получалось и раньше, а вот по собственному желанию, да ещё и без волшебной палочки…
– Слушай, Гарри, везёт тебе! Если ты такое покажешь на НОЧах, тебе сразу комиссия поставит отлично без разговоров! – восторженно воскликнул Рон. – О, так ты можешь Малфою и подзатыльник залепить! На расстоянии, он даже не поймет, кто это сделал!
– Я уже попробовал, - снова улыбнулся Гарри. – Но Снейп пригрозил мне наказанием, так что я буду впредь осторожнее.
Рон тоже растянулся в улыбке, представляя, как Гарри заставляет Малфоя шмякнуться посреди Общего зала. Здорово же как!
– Ладно, я устал, пойду спать, - сказал Гарри, пряча книгу в свой ранец.
– С Гермионой? – ухмыльнулся Рон. – Слушай, Гарри, - Рон понизил голос, - а где вы… ну в общем делаете это? Я… так боюсь, что Снейп опять застанет нас.
– Рон, где бы вы не прятались, Снейп вас разыщет, потому что… ты напоминаешь маячок – тебя очень легко запеленговать, ну то есть с его способностями найти источник сильного возбуждения очень просто. Понимаешь?
Рон выругался в адрес Снейпа так, что Гарри обрадовался, что его не услышала Гермиона.
– Очень сочувствую, - искренне ответил Гарри.
Рон задумчиво потер подбородок.
– Вы так весело смеялись, - возле них присела Эрика.
– Обсуждали, как к тебе пробраться, Эрика, - Рон весь подобрался и расправил грудь.
– Слушай, Гарри, друг, а, - он отвел Гарри в сторону, - ведь пока все спят, можно и здесь, как думаешь?
– Наверное, - неуверенно ответил Гарри, - я посмотрю на карте, где Пивз.
– Посмотри, - умоляюще скривился Рон.
Гарри быстро вошёл в спальню, нашёл в чемодане Карту мародеров и вернулся к Рону и Эрике, которые уже нетерпеливо, но легонько целовались.
– Рон, - позвал его Гарри, - Пивз сейчас далеко – в астрономической башне, Филч лазит по этажам, - тихо произнес он, когда Рон подошел к нему, - Снейп, ты не поверишь, но кажется, спит! – Гарри спрятал в кулаке смешок.
– Здорово, - радостно прошептал Рон, - тогда, Гарри, посторожи нас, ладно?
– Что? – потрясенно переспросил Гарри.
– Ну посмотри, что происходит на карте. Мы не долго… - извиняющимся тоном произнес Рон.
Гарри забрал карту и ушёл в спальню. Все гриффиндорцы мирно спали. И судя по неподвижной точке на схеме Хогвартса, подписанной «Северус Снейп», главный блюститель нравственности тоже.
****

URL
2011-02-08 в 23:58 

DanielleCollinerouge
****
– Сохатый, зачем ты снова нарвался на неприятность? – захохотал Сириус, небрежно откинувшись в кресле возле камина.
– Весна, знаешь ли, ужасно хотелось с кем-нибудь подраться. И тут такое счастье – Слинявус! Да ещё первым зацепил! – растянулся в широкой улыбке Джеймс.
– Твоя Лили уже ушла спать, - хмыкнул Сириус. – Весь вечер что-то строчила в своей тетради. Она что, роман про вас пишет?
– Наверное. Она не дает читать, хотя я умираю от любопытства. Ладно, я пошёл к своей маленькой лани, пока она ещё не слишком крепко уснула. Мытье полов под присмотром Филча – это не повод пропускать свидание!
– А уроки? – напомнил Сириус.
– Потом выучу, - небрежно махнул рукой Джеймс.
– А спать? Я в прямом смысле этого слова.
– Мне не до сна, - схвастливо фыркнул Джеймс и подошёл к лестнице, ведущей в спальни девочек. – Ты идешь к своей красавице, Бродяга?
– Конечно, иду. Должен же оправдать то, как обозвала меня Лили, утешая Мегги, - Сириус усмехнулся. – Кобель!
– Бродяга, честное слово, я не говорил ей! – испугался Джеймс.
– Смотри мне! – шутливо погрозил пальцем Сириус и преобразовался в огромного черного пса.
Стройный олень поскакал по ступенькам.
Гарри вздрогнул и проснулся. Вот это да – неужели ему приснилось то, что когда-то происходило с отцом и Сириусом? Он улыбнулся. Да, папа не скучал в Хогвартсе! Гарри приподнялся и заглянул в карту – Рон и Эрика все ещё в гостиной, Пивз по-прежнему далеко, Снейп и гриффиндорцы спят.

URL
2011-02-08 в 23:58 

DanielleCollinerouge
Глава 39. Книга пыток
Гарри уже подходил к выходу из кабинета, когда его окликнула Элизабет Смит.
– Сегодня твоя очередь дежурить, Гарри, - напомнила она и тихо добавила, - Приди один, нам нужно поговорить.
Гарри понял – она все ещё боится, что он расскажет кому-либо о том, что произошло между ними. Мысли Красотки взволнованно путались, а у Гарри не было желания разбираться в этом клубке. Он молча кивнул и вышел.
В 8 вечера Гарри вышел из Гриффиндорской башни. Спорившие Рон и Гермиона не заметили его ухода – вот и славно, а то Гермиона опять начнет волноваться. А Рону не помешает выслушать ещё одно нравоучение по поводу ужасно написанного реферата, хотя какой там реферат! Он только и думал, где бы ещё встретиться с Эрикой. Гарри подумал о том, что если бы Снейп не разрешал ему встречаться с Гермионой так же, как и другим ученикам друг с другом, то пришлось бы повторять подвиги отца (кроме его гениального пользования своими анимагическими способностями, конечно!).
Гарри вошел в кабинет профессора Смит. Он был пуст. Наверное, Элизабет вышла и скоро вернется.
На её столе лежала невероятно толстая, в потрепанном переплете книга. Почему-то она очень заинтересовала Гарри. Он подошёл к ней и прочел название – «Книга пыток». С ещё более усилившимся любопытством Гарри открыл её.
Он словно попал в другую комнату, кабинет профессора Смит исчез, появилось темное подземелье, тускло освещенное факелом. Руки Гарри защемились в ужасающем устройстве. И хотя Гарри никогда не интересовался пытками, слышал о них только по телевизору и на уроках истории, он сразу догадался, что его пальцы как раз находятся в одном из страшных инструментов, изобретенных человеком, чтобы мучить себе подобных. Рычажки со скрипом повернулись, выкручивая суставы. От остро-жгучей боли Гарри закричал так, что едва не сорвал голос.
Камера исчезла. Он, корчась, лежал на полу возле стола профессора Смит.
– Гарри, милый, что ты наделал! – над ним склонилась Элизабет. – Эту книгу нельзя открывать! Все пытки, описанные в ней, читающий испытывает на себе!
Красотка перевернула тяжело дышащего Гарри.
– Я приготовила её для следующего урока, вы должны знать, что существуют такие ужасные книги, и заклинания, помогающие совладать с ними.
Гарри ещё плохо соображал от боли. Ему казалось, что все его пальцы вывернуты и раздроблены.
– Сейчас все пройдет, - прошептала Элизабет, беря его за руки.
Гарри ощутил, что она прижала его ладони к своим губам. От жуткой боли он не держал блок и, к своему ужасу, понял, что все силы покидают его. Элизабет просто их высасывала, и Гарри ничего не мог поделать. К его горлу вместе со слабостью подкатила тошнота. Элизабет выпустила его руки, и они безвольно упали на грудь. Красотка быстро расстегивала его мантию.
– Что всё это значит? – донесся до Гарри голос Снейпа. – Профессор Смит? Поттер?
Гарри ужаснулся, представив себе, как выглядит со стороны, хотел исчезнуть, провалиться сквозь землю или хотя бы вскочить и объяснить, что сам не понимает, что происходит, но не мог даже пошевелиться от сковавшей все тело слабости.
– Это супружеская измена, если я правильно понял, Поттер? – знакомый ехидный смешок. – А вы, мисс Смит, понимаете, что вам грозит по меньшей мере увольнение из Хогвартса?
– Нет, Северус, ты неправильно все понял! – воскликнула Элизабет, - Гарри нечаянно открыл эту книгу!
Снейп повернулся к столу, на который указала Красотка.
– Нет! – воскликнул он, протягивая к ней руки. Усилием воли профессор заставил себя отойти от «Книги пыток».
– Что ты сделала с мальчишкой? – рявкнул он.
И Гарри услышал, что из его голоса исчезла насмешливость и появилась злость.
– Говорю же тебе, он нечаянно заглянул в книгу!
– И поэтому лежит обессиленный! Я подозревал, что энергетический вампир – это ты, но уж не собираешься ли ты окончательно убить мальчишку?!
Сквозь полуприкрытые веки Гарри увидел красную вспышку заклинания Ступифай. Снейп упал на пол. Элизабет кинулась к Гарри.
– Профессор Смит! – донесся до них строгий голос Дамблдора.
– Гарри! – Гарри увидел склонившуюся над ним Гермиону.
*
– Я начала подозревать её недавно, - сказала Гермиона, сидя возле Гарри в больничном крыле. Её рука лежала на его груди – так предложил сделать профессор Дамблдор, чтобы поделиться своими силами с пострадавшим Гарри. Сам Дамблдор тоже сидел рядом с кроватью. На соседней лежал уже пришедший в себя Снейп и злобно пил из склянки, протянутой ему мадам Помфри.
– Увы, дитя, я ничего не замечал, - вздохнул директор.
– От неё млели все парни, она брала их за руки. И как же я сразу не догадалась, ведь именно так она и питалась вожделением, а через контакт – непосредственно силами!
– При мне и учителях она прятала свои флюиды, но все равно это меня не извиняет! Я должен был догадаться, почему старшекурсники слишком возбуждены и поголовно думают об Элизабет! – покачал головой Дамблдор.
– Но почему она напала именно на Гарри? – спросила Гермиона. – Многие парни о ней мечтали, их можно было легко и просто объедать.
– Неужели так трудно догадаться, мисс Грейнджер? – недовольно отозвался Снейп. – Вашего ненаглядного Поттера теперь многие будут желать. Связь с вами превратила сопливого подростка прямо-таки в секс-символ Хогвартский, - Снейп фыркнул. – Не говоря уже о том, что у обвенчанного волшебника, живущего со своей парой, энергетика становится очень мощной. Ваш муж оказался очень лакомым кусочком для профессора Смит.

URL
2011-02-08 в 23:58 

DanielleCollinerouge
– Мне показалось, что она хотела убить Гарри, - произнесла Гермиона.
– Точнее сказать, что она хотела забрать у Гарри все силы, - сказал Дамблдор. - Это можно сделать разными способами …- профессор задумался, подбирая нужное выражение.
– Она тебе предлагала, Поттер? – осведомился Снейп.
Щеки Гарри смущенно дернулись.
– Какая тварь! – вскочила Гермиона и тут же виновато посмотрела на Дамблдора и Снейпа, пробормотав, - и когда только успела?!
– Вам нужно более пристально следить за мужем, дорогая миссис Поттер, - Гарри услышал знакомые издевательские нотки. – Такое сокровище нельзя ни на минуту оставлять без присмотра. Уведут! Я предупреждал вас, что вам достался беспокойный супруг.
Гермиона досадливо поморщилась в сторону Снейпа, а затем снова повернулась к Дамблдору.
– Но почему эта ведьма хотела убить Гарри?
– Питаясь только вожделением и небольшими порциями энергии – долго держать за руку у неё не было возможности – все равно что жить впроголодь. Забрав у Гарри все силы, она бы и наелась, и омолодилась.
– Омолодилась? – переспросила Гермиона.
– Да. Я подозреваю, что Элизабет далеко не 30 лет, как она уверяла, - ответил Дамблдор.
– Так что же это! Она бы убила Гарри и сбежала из школы? – вскрикнула Гермиона.
– А если очень хочется есть? – мрачно усмехнулся Снейп. – К тому же мы могли и не догадаться, из-за чего умер мальчишка. Такие энергетические вампиры, как профессор Смит, - очень редкое и коварное явление. Нашему мистеру Поттеру просто невероятно везёт.
– Что теперь будет с этой …. Вампиршей? – спросила Гермиона.
– Её забрали авроры, далее – это компетенция Министерства Магии, - ответил профессор Дамблдор. – Однако, Северус, нам пора. Я вижу, ты уже пришёл в себя.
Снейп встал с кровати и направился к выходу. Когда он скрылся за дверью, профессор Дамблдор тоже поднялся, улыбнулся Гарри и Гермионе и тоже вышел.
– Гарри! – жалобно выдохнула Гермиона, обняв его. - Ну что это такое! Почему все шишки всегда тебе?! - девушка взяла его за руки. – Я чувствовала, что тебе было больно.
– Уже все прошло, - успокаивающе ответил Гарри. – Мадам Помфри вылечила.
– Не ври, тебе ещё больно, - Гермиона прижала его пальцы к своим губам.
Гарри все ещё чувствовал слабость, хотя зелье мадам Помфри немного взбодрило. Но когда рядом осталась только Гермиона, её поцелуи возвращали силу гораздо быстрее и приятнее, чем терпковатое лекарство. Гарри охотно отвечал на особенно пылкий поцелуй Гермионы, когда вошла мадам Помфри.
– Это что ещё такое! – строго воскликнула она. – Вы же были едва живы полчаса назад, Поттер!
Гермиона смущенно отстранилась от Гарри.
– До утра пусть остается здесь. И если все будет хорошо, то получите его, мисс Грейнджер, вполне здоровым. И целуйтесь, пожалуйста, где-нибудь в другом месте!
Мадам Помфри проводила Гермиону и, вернувшись к Гарри, дала ему сонного зелья.
– Хороший крепкий сон – вот что вам сейчас необходимо, - наставительно произнесла она.

URL
2011-02-08 в 23:59 

DanielleCollinerouge
Глава 40. Исчезновение Гермионы
Гарри спал крепко, без снов. Открыв утром глаза, он чувствовал себя вполне здоровым, но на душе было неспокойно, в груди что-то неприятно давило. Мадам Помфри, осмотрев его, сказала, что он может вернуться к обычной школьной жизни. Гарри поспешил в Общий зал.
Гермионы ещё не было. Гарри с замиранием сердца спросил у появившегося Рона, не видел ли он Гермиону.
– А разве она не с тобой? – искренне удивился тот.
Гарри бросился в Гриффиндорскую башню. Гермионы не было ни в гостиной, ни в спальне (пришлось поверить на слово Джинни). Чувствуя, что ему становится плохо, Гарри не помнил, как добежал до комнаты за сэром Кэдоганом. Постель была аккуратно застелена, а схваченный за грудки Добби пропищал, что госпожа не приходила спать.
Гарри побежал к Дамблдору, мысленно крича ему, чтобы он вышел из кабинета.
– Что случилось, Гарри? – обеспокоено спросил Дамблдор, встретив его возле гаргулии.
– Гермиона исчезла! – задыхаясь, выпалил Гарри.
– Как исчезла!? – изумился Дамблдор.
– Её нигде нет! Ни в зале, ни в замке, ни в нашей комнате!
– Не может быть, - растерянно пробормотал Дамблдор.
Он завел Гарри в свой кабинет, достал из шкафа один из серебристых приборов, посмотрел в глазок и повернулся к Гарри.
– Действительно, её нет в Хогвартсе, - растерянность Дамблдора заставила Гарри в панике оглядываться.
– Её похитили! Волдеморт? Да? Это он или по его приказу! – Гарри задрожал.
– Гарри, - произнес Дамблдор, - я сообщу аврорам и надежным людям из Ордена. Они найдут девушку.
Но Гарри не верил. Ему хотелось бежать, искать, драться, если то потребуется, только хоть что-нибудь предпринимать, не бездействовать и не ждать неизвестно чего и непонятно как долго! Гарри вспомнил, что почувствовал опасность, когда над Гермионой хотели поиздеваться Малфой и его дружки. А что, если попробовать и теперь узнать, где Гермиона.
Гарри закрыл глаза, попытался сосредоточиться, мысленно позвал её. Серая волна её страха от неопределенности растеклась перед глазами. Тускло освещенная комната, запястья стянуты веревкой.
Дрожа от волнения, Гарри снова и снова сосредотачивался, боясь потерять нащупанную связь. Словно проявляющиеся в растворе фотографии, в его сознании возникали её ощущения – неудобно лежать, затекли руки, хочется пить. В комнату вошел человек, помог сесть, и стало видно его лицо.
– Петтигрю! – закричал Гарри. – Профессор Дамблдор! Там Петтигрю!
Дамблдор повернулся к Гарри. Рядом с ним стояли Хмури и Корнелиус Фадж.
– Гарри, тебе что-то удалось увидеть? – взволнованно спросил Дамблдор.
– Да, я чувствую Гермиону, она в какой-то грязной комнате с Петтигрю! Он её сторожит.
– Хорошо, Гарри, - Дамблдор усадил его в свое кресло. – Постарайся выяснить ещё что-нибудь.
Фадж недоверчиво посмотрел на Гарри: невозможно чувствовать другого на расстоянии.
– Скорее всего, девушку держат в замке кого-либо из Упивающихся, проверьте все, что сможете, - обратился Дамблдор к Хмури и Фаджу.
Но Гарри ни секунды не сомневался в том, что министерские авроры не помогут найти Гермиону. Где она? Зачем её похитили? Гарри закрыл глаза. Конечно, это сделал Волдеморт. После венчания Гарри забыл, что такое пекущая боль в шраме. В его голове выстроился надежный блок, защищающий от связи с Волдемортом, грозившей Гарри энергетическим отравлением. Но именно этот блок теперь мешал установить, что думает Волдеморт. Гарри мысленно открывал заслоны. Блок начал ослабевать. Дикая боль в шраме заставила обхватить голову.
– Она у меня, - прошипел в ушах холодный голос, - приди, забери её.
Боль достигла высшей точки. Школьная рубашка мгновенно промокла от пота.
– Гарри, не делай этого! Нельзя, ты же погибнешь! – откуда-то издалека прокричал голос Дамблдора. На лицо полилась вода. Тошнота отступала. Боль стала терпимой.
– Гермиону похитил Волдеморт. Он велел мне забрать её, он хочет сразиться со мной, - с трудом произнес Гарри.
– Он хочет убить тебя, Гарри! - воскликнул Дамблдор. – Ты уже многое умеешь, но этого недостаточно, чтобы противостоять ему. Тебе ещё нет 17, Гарри! Ты несовершеннолетний! У вас не может быть равного поединка! – Дамблдор помог Гарри подняться с пола. – Авроры уже ищут девушку.
– Но как они узнают, где Волдеморт прячет Гермиону? – в отчаянии спросил Гарри.
– Они будут пытаться это сделать, - Дамблдор вывел его из своего кабинета. – Ты не знаешь всех возможностей авроров. Они очень многое умеют, Гарри.
Дамблдор привел Гарри в пустующий кабинет по защите от темных искусств.
– Посиди здесь, Гарри, постарайся успокоиться. Единственное, что мы можем сейчас сделать – это ждать.
Гарри казалось, что время вокруг него застыло и сгустилось. К завтраку, оставленному профессором на столе, он и не думал прикасаться. О том, чтобы идти на уроки – даже речи быть не могло.
Гарри мысленно обращался к Гермионе, пытаясь понять, где она. Он ощущал – девушка по-прежнему в той же комнате, Петтигрю сторожит её. Но Гермиона не видела, где именно она находится, поэтому этого не знал и Гарри.
Он вновь попробовал наладить мысленную связь с Волдемортом. Пытаясь держать блок, словно щит, Гарри нащупывал мыслеобраз – белое, словно череп, лицо с красными щелями вместо глаз.
– Она у меня… ты знаешь, где, - шрам снова задергался от боли, но в эту секунду что-то вспыхнуло в голове Гарри.
Старинный заброшенный замок. Гарри не знал, как его описать, пытался ухватить этот образ – он выскальзывал, словно снитч. Впрочем, это было уже неважно, Гарри знал, куда нужно отправляться за Гермионой. Он кинулся к двери, но та оказалась заперта.
– Профессор Дамблдор! – крикнул Гарри, наваливаясь на неё. – Профессор! Я знаю, где Гермиона!
Вскоре дверь открылась, и в кабинет вошли профессор Дамблдор и Снейп.
– Я знаю, где он её держит! – бросился к ним Гарри. – Я видел это место!
– Где, Гарри? – взволнованно спросил Дамблдор.
– В замке! – Гарри попытался его описать, но понял, что не может.
– Попробуй послать мыслеобраз, - произнес Снейп.
Гарри попытался поймать ощущение знания, но ничего не получалось. Он знал, однако ничего не мог объяснить.
– Мальчик мой, я не могу ухватить твою мысль, - покачал головой Дамблдор. – Северус, что у тебя?
– Это действительно невозможно считать. Похоже, где находится девушка, знает, а вернее сказать чувствует, только Поттер, - ответил Снейп.
Гарри полностью убрал блок и позволил Снейпу рыться в его мыслях, рассматривать все, что хотел профессор. Он отчаянно хватался за надежду, что Снейпу удастся понять, где находится Гермиона.
Но Снейп покачал головой.
– Я должен её спасти, - твердо произнес Гарри.

URL
2011-02-08 в 23:59 

DanielleCollinerouge
– Гарри, ты не знаешь, где это место, как ты сможешь туда добраться? – огорченно возразил Дамблдор.
– Я аппарирую!
– Невозможно аппарировать в неизвестном направлении, - ответил директор, - ты просто заблудишься. Аврорам придется искать и тебя. Тем более, что ты ещё не научился это делать.
– У нас уже было несколько уроков! – воскликнул Гарри.
– Этого недостаточно, - сказал Дамблдор.
– Но я знаю, где Гермиона! – крикнул Гарри.
– Ты пока ничем не сможешь ей помочь.
Дамблдор усадил Гарри в кресло и вышел, закрыв дверь. Гарри вскочил. Но дверь действительно оказалась запертой. И, конечно, Алахамора не подействовала.

URL
2011-02-08 в 23:59 

DanielleCollinerouge
Глава 41. Люпин и Снейп
– Ты не хочешь выручать свою жену, Гарри? – вкрадчиво спросил Волдеморт. – Ты полагаешь, что её сумеют отыскать тупые министерские авроры? Нет. Только ты. В честном равном бою, согласно пророчеству. Иди к ней, своей ненаглядной девчонке, спаси её.
Гарри потер саднящий шрам. Как выбраться из этого проклятого кабинета! Он подбежал к двери и принялся стучать.
– Выпустите меня!
Дверь открылась.
– Гарри, тебе нужно успокоиться, - произнес появившийся Дамблдор.
Гарри едва не задохнулся. О каком спокойствии может говорить директор!?
– Пожалуйста, выпустите меня! Волдеморт сказал мне, что только я смогу найти Гермиону! Он требует поединка.
– Ты не готов к нему, Гарри! – воскликнул Дамблдор.
– Я уже многому научился! Я должен попробовать! Вы же сами говорили про пророчество! Я могу его убить!
– Ты ещё несовершеннолетний! – Дамблдор перехватил его попытку вскочить и неожиданно сильно для своего возраста вжал его в стул. – Ты просто погибнешь, и этим не спасешь Гермиону.
Гарри задыхался от охватившего его отчаяния.
– Я… я хочу вернуться на уроки! – беспомощно пробормотал он. Блок совершенно не держался, и уже через мгновение Гарри понял, что Дамблдор видит его слабые попытки хитростью вырваться из кабинета.
– Ты сейчас не в том состоянии, чтобы даже на них присутствовать, не говоря уже о том, чтобы что-то выучить. Мальчик мой, неужели ты думаешь, что я не чувствую твоей боли? Но поверь, ты действительно сейчас ничем не можешь ей помочь.
Гарри все ясно понял. Дамблдор, в отличие от Снейпа, не держал глухой блок. Гарри – единственный, кто может уничтожить Волдеморта, но не раньше своего совершеннолетия. Если же Волдеморт убьет его, то исчезнет последняя надежда победить этот кошмар, который обязательно скоро начнется, едва Темный Лорд придет к власти. Поэтому Гарри должен жить дальше. А девочку жаль.
– НЕТ! – закричал Гарри, пытаясь оттолкнуть Дамблдора. – Пустите!
– Гарри, не заставляй меня применять заклинания! – Дамблдор вернул его в кресло. – Ещё рано отчаиваться.
Дверь закрылась, оставив Гарри самого. Он опустился на пол. Было тяжело дышать, обстановка вокруг казалась нереальной. Он закрыл глаза. Гермиона! Как она? Ей неудобно лежать.
*
Гарри не знал, сколько времени он лежал, постоянно проверяя состояние Гермионы. Ему показалось, что он задремал. Белое лицо с красными глазами нагнулось над ним.
– Что-то твой благоверный супруг не спешит за тобой, детка. Видимо, он не понимает, какая опасность тебе грозит. Я вынужден поторопить его. Обычно в таких случаях я говорю Круцио, но не знаю, какую реакцию вызовет это полезное заклинание у изнеженной девочки. Твой муж выдержал его с честью – его крики были слышны на много миль. Если он не появится в ближайшее время, я буду вынужден дать тебе почитать «Книгу пыток».
– Нет! – Гарри вздрогнул от собственного вскрика.
Это был один из его особых снов. Гермионе «Книгу пыток»! Он весь задрожал, пальцы неприятно заломило при воспоминаниях о пытке, которую он читал (подумать только!) вчера. Какая мука достанется Гермионе?!
Гарри отчаянно пытался выбраться из кабинета. Но нет, на окна и двери, похоже, наложили заклинаний едва ли не больше, чем на сам Хогвартс. Гарри едва сдержал крик, готовый вырваться из груди.
Ничего не происходило, время вязко тянулось, и Гарри вскоре снова лежал на полу в полузабытьи.
– Твой возлюбленный красавчик не пришел. Похоже, что-то задерживает его, - прошелестел на ухо холодный голос. – Я вынужден поторопить его. Хвост, если тебе неприятны женские крики, то можешь пока выйти. Вот книга, детка. Прежде чем ты откроешь её, я дам тебе небольшую подсказку – пытки тем страшнее, чем дальше её читаешь. Ты остаешься, Хвост? Хорошо. Начинай, мисс…нет миссис Поттер. Просто удивительно, как ты им пропиталась, - голос усмехнулся. – Читай.
«Если любишь, то можно забрать боль», - это писала мама в своем дневнике, так говорил ей отец. Гарри зажмурился, и мгновение спустя ощутил жуткую боль в ногах – какая-то страшная сила сжимала их. Гарри закричал.
– Гарри нет! Ты этим ей не поможешь! – чьи-то руки били его по щекам.
Боль в ногах утихала. Гарри словно выныривал из глубины. Дамблдор и Люпин держали его за руки и плечи. Дамблдор надел на шею Гарри амулет. Боль прекратилась.
– Ты напрасно себя терзаешь. Ты не можешь забрать эту боль у Гермионы на таком расстоянии.
В лицо Гарри ударила горячая волна сострадания, исходящая от Люпина. Дамблдор прикрылся надежным блоком. Гарри попытался вскочить, но руки Ремуса крепко его держали.
– Я должен её спасти, Ремус! – воскликнул Гарри. – Пусти меня! Я не хочу, чтобы Гермиона погибла, как мама!
Ремус побледнел. В голове Гарри за несколько секунд пронеслись мысли о родителях. Они погибли, защищая его. Отец пытался дать возможность спастись Лили, она, совершенно забыв, что в ней зародилась новая жизнь, прикрывала своего первенца – бесконечно любимого сына. Наверное, им, как ни ужасно это звучит, повезло: мама умерла почти сразу после того, как погиб отец, мучалась недолго. Если бы Гарри мог, он, ни секунды не раздумывая, отдал бы свою жизнь, если бы это спасло Гермиону, прекратило её страдания. А ведь они продолжаются, Гарри знал это, хотя амулет Дамблдора перекрыл его чувствительность. Для того чтобы он, Гарри, жил дальше, Дамблдор пожертвует Гермионой.
Охватившая его ненависть была похожа на пламя. Люпина отшвырнуло в сторону. Однако секундой позже что-то незримое и тяжелое прижало Гарри к полу так, что он едва дышал.
– Профессор Дамблдор, - с трудом поднялся Люпин. – Гарри в отчаянии. Я не могу на это смотреть!
– Но он ничем не может помочь девушке! Так, по крайней мере, страдает только она, нет смысла, чтобы от боли мучался и Гарри! – строго ответил директор. – Ремус, ты ведь не хочешь, чтобы Гарри погиб!
– Да, сэр, - опустил голову Люпин.
Дамблдор сурово посмотрел на него.
– Побудь с мальчиком, - уже мягче произнес профессор и вышел из кабинета.
Гарри попытался снять с себя амулет, но заклинание не пускало его.
– Его нельзя снять без контрзаклинания, - произнес Люпин, садясь рядом с Гарри.
– Зачем это делается? Я все равно чувствую, что ей больно! Ремус, выпусти меня!!! – простонал он.
– Гарри, я не могу, - виновато ответил Люпин.
– Пожалуйста! Я не выдержу этого! – в отчаянии прошептал Гарри. – Я не хочу жить, если она погибнет!
Гарри извивался, пытаясь вырваться. Ему казалось, что он сходит с ума. В голове звенело, и душераздирающий, исполненный сочувствия взгляд Люпина только все усугублял. Гарри полностью отбросил блок, все ещё пытаясь удержать связь с Гермионой. Теперь все её ощущения чувствовались словно сквозь помехи. Пытка прекратилась, но её ноги болят.
– Пока достаточно, - еле слышно прошелестел голос. Взмах палочки – и сломанные кости срослись. – Через некоторое время ты прочитаешь следующую главу, детка. Хвост, дай ей воды.
– Гарри, пожалуйста, не надо так… Я знаю, что ты её любишь, - рука Люпина взяла его за плечо.
Гарри открыл глаза. Голова болела – кажется, он сильно бился ею об пол. Мама, отец – это мысли Люпина. Он думал о них, чтобы дальше удерживать Гарри.
– Вы же сами говорили, что я похож на отца, - произнес Гарри. – Разве папа не поспешил бы на помощь маме!
– Вряд ли бы твои родители сказали мне спасибо, если бы я отправил тебя на верную гибель! – как можно тверже постарался ответить Люпин.
После отчаянных рывков и ударов головой Гарри чувствовал себя выжатым. На смену возбуждению начало приходить оцепенение. Люпин что-то говорил ему. Гарри не вникал в смысл слов – общий поток исходящей от Ремуса грусти был наполнен желанием успокоить. А ещё он думал о Лили.
Она стояла, держа на руках маленького Гарри.
– Я знаю, что нам грозит опасность. Джеймс просил Сириуса, чтобы он позаботился о Гарри. Я не хочу думать о грустном, но если… Помоги Гарри и ты.
– Ремус, - позвал его Гарри, - ты знаешь, что я могу чувствовать то, что происходит с Гермионой?
Люпин покачал головой, его лоб покрылся испариной.
– Её мучает Волдеморт. Книгой пыток! – воскликнул Гарри, поднимая голову.
Люпин глотнул.
– Выпусти меня!
На несколько секунд Гарри показалось, что он убедил.
Лили прижала к себе годовалого малыша.
– Сириус очень горячий и неуравновешенный. Ты совсем другой. Если с нами что-то случится… я могу на тебя рассчитывать?
– Нет, Гарри, я не могу…твоя жизнь очень важна для всех нас. Если я выпущу тебя, Волдеморт убьёт и тебя, и Гермиону.
Гарри забился, пытаясь освободиться от стягивающих его невидимых пут. Хлопнула дверь – Люпин выбежал из кабинета.
*

URL
2011-02-09 в 00:00 

DanielleCollinerouge
Гарри не знал, сколько он лежал. Сдерживающее заклинание перестало действовать, его руки снова были свободны, но снять амулет, перекрывающий доступ к ощущениям Гермионы, было невозможно. Попытки выбраться из кабинета также не принесли результата. На столе стоял ужин, но от вида еды Гарри затошнило. Зато сухость во рту напомнила, что он давно ничего не пил. Опорожнив стакан тыквенного сока, Гарри лег в кресло. Снова сосредоточился на Гермионе – ей не больно, её оставили в покое. Это немного успокоило Гарри.
*
Он вынырнул из вязкого полузабытья. Подумал о Гермионе – сердце сжалось так, словно в него загнали иглу. Неужели он больше никогда её не увидит?! Надежда на авроров слабая. Зато расчет Дамблдора верен. Если погибнет Гермиона, то кем будет Гарри, если не отомстит за неё. Будет обязан приложить все силы, чтобы отплатить за смерть всех дорогих ему людей – папы, мамы, их не родившегося ребенка, крестного отца и, наконец, жены!
Гарри ощутил внутри себя удушливую пустоту. И он мнил себя несчастным, когда его травили на 4 курсе за участие в Турнире Трех Волшебников, когда он сидел в информационной изоляции на Привит-Драйв перед 5 курсом, страдал от наказаний Амбридж и придирок Снейпа? Неужели ему когда-то казалось, что ужаснее пятого года обучения с ним ничего не случится?
Гарри застонал, сжав кулаки, и ощутил прилив ненависти. К Дамблдору. Который удерживает его, спасает от гибели. Который обвенчал его с девушкой, чтобы использовать её, как взлетную полосу для новых способностей! А как же то, что он, Гарри, привык к ней, привязался и прирос всей душой?! Что с этим делать?
Перед Гарри мелькали картины его недавнего прошлого. Вот он и Гермиона стоят перед Дамблдором, который смешивает их капельки крови в золотом бокале. Он не знал, как подойти к своей собственной жене, чтобы закончить обряд по праву плоти. Их первая ночь, борьба с собственной скованностью и стеснительностью. Их встречи в комнате за сэром Кэдоганом. Сколько их было! Робкие, но страстные поцелуи, неловкие ласки. Тайная книжечка мародеров, советы отца. После этого их отношения словно вошли в новую стадию. Последняя встреча перед тем проклятым дежурством, а затем и похищение Гермионы. Неужели всё?!
Гарри вздрогнул от боли. Гермиона? Нет, солоноватый вкус на прокушенной губе. Сердце словно заполнило собой всю грудную клетку, воздух с трудом входил в легкие. На несколько мгновений Гарри с надеждой подумал, что возможно, это сердечный приступ и он умрет. Нет, не умрешь, - тут же ответил внутренний голос. – Вернее, не раньше, чем убьешь Волдеморта, или он тебя. Неужели Дамблдор всерьёз полагает, что он, Гарри, сможет дальше жить, учиться, есть, спать, ходить на дополнительные уроки по высшей магии, если рядом не будет Гермионы? Будешь, - сказал внутренний голос. – И отомстишь за её гибель.
Гарри вспомнил, что за год до получения письма из Хогвартса его едва не сбила машина. Может, было бы лучше, если бы сбила…
Чья-то рука коснулась шеи. Гарри вздрогнул, открыл глаза. Над ним стоял Снейп.
– Пей, - он протянул стакан с темной жидкостью. Гарри послушно выпил. Игла из сердца выпала, в гудящей голове прояснилось.
– Поставь блок и перестань считать себя самым несчастным в нашем черством волшебном мире, - Снейп ещё раз пощупал пульс на шее Гарри, затем пробормотал заклинание и снял с него амулет.
– Это портал до Хогвартса, - произнес профессор, протягивая другой амулет. – И это все, чем я могу тебе помочь.
С трудом веря в происходящее, Гарри вышел из кабинета по защите от темных искусств, постепенно убыстряя шаг, выбежал по темным коридорам к выходу из школы. В боку слегка покалывало, когда он добежал до Хогсмида. Дыша полной грудью, Гарри мысленно нащупывал ощущение Гермионы, знание, где она. Нужно аппарировать. Гарри не боялся это сделать, не смотря на то, что побывал всего на нескольких практических занятиях и выслушал все устрашения по поводу результатов неудачного аппаприрования. В крайнем случае у него остается портал до Хогвартса. Больше всего Гарри боялся, что ему не удастся аппарировать в то место, где Волдеморт держит Гермиону. Гарри напрягался изо всех сил. Гермиона… связанные руки, сонное сопение Петтигрю рядом. Раз, два, три!

URL
2011-02-09 в 00:00 

DanielleCollinerouge
Глава 42. Разговор с Волдемортом
Он аппарировал возле полуразвалившегося замка, такого же, каким он был в его видениях и мыслеобразах. Гарри осторожно подошёл ко входу, готовый в любую минуту к нападению. Блок он не держал, внимательно вслушиваясь в малейший шорох. Лестница, комнаты – тут можно бродить довольно долго. Гарри шёл, куда ему подсказывала интуиция. Ему показалось, что он уловил Гермиону, но в следующую секунду у Гарри возникло ощущение, что его облили липкой отвратительной гадостью. К горлу подкатила тошнота – Петтигрю сидел рядом со связанной девушкой.
– Прекрасно, Гарри, - прошелестел сзади голос, и через какую-то долю секунды веревки обтянули Гарри руки и ноги, так что он не мог дотянуться до волшебной палочки.
Впрочем, Гарри занялся тем, что срочно блокировал мысли, потому что находиться рядом с Волдемортом и Петтигрю было почти невозможно.
– Присаживайся, у нас будет небольшой разговор, - взмах волшебной палочки Волдеморта добыл из воздуха деревянное кресло, а затем мягкое, похожее на трон. В него и сел Волдеморт.
– Подойди, Питер и ты, девчонку больше не нужно сторожить. Она не нужна ни мне, ни тем более тебе, - белое лицо Темного Лорда кивнуло Петтигрю, который весь задрожал, словно превратился в желе. – К нам явился Гарри. И это замечательно. Ты отлично справился с моим заданием, мой юный друг. Аппарировал? Похвально. Учитывая твой нежный возраст и отсутствие разрешения.
Гарри с отвращением почувствовал, что Волдеморт влезает в его голову, пытается перебрать мысли, словно личную картотеку, считывает информацию с его тела. Гарри отгородился невидимой стеной, принялся мысленно гонять считалку.
– Дамблдор отлично тебя подготовил для встречи со мной, - Гарри услышал в голосе Лорда легкое удивление. – Неплохой блок, Гарри, потрясающая чувствительность! Ты унюхал свою грязнокровку на таком расстоянии! Впрочем, это не удивительно, - тут же добавил он, - ты пропитался ею насквозь. Хвост, к твоему сожалению, вынужден сказать, что, похоже, это любовь. – Волдеморт усмехнулся. – У тебя, Гарри, я вижу, наследственная склонность любить грязнокровок вроде твоей мамочки. Как и отец, ты выбрал себе преданную, но совершенно непрактичную и глупую магглу, которая так же согласна принести себя в жертву ради твоей драгоценной жизни, - Лорд повернул голову к Гермионе.
Девушка сидела, опустив голову. От неё ясными волнами исходило отчаяние и страх, что Гарри сейчас погибнет.
Все будет хорошо! – мысленно сказал ей Гарри. Девушка подняла заплаканные глаза – Я буду помогать тебе!
– Как трогательно, - шелково произнес Волдеморт. – Тебя так любят, Гарри. Ещё немного и я начну завидовать, сколько людей тебя любит! – он расхохотался. – Но ваша история мне кажется банальной. В свете недавних событий – моё возвращение, временное и вынужденное молчание, ведь ты, Гарри, помешал мне появиться эффектно, кропотливая и осторожная работа, чтобы подготовить почву для моего прихода к власти – я много общался с Петтигрю, моим преданным Хвостом. Признаю, я несколько недооценивал моего верного слугу. Он столько сделал для меня, вернул мне тело, что до него не попробовал совершить ни один упивающийся. Я решил, что Хвост достоин награды.
Гарри похолодел, почувствовав на себе жадный взгляд Петтигрю.
– Ты, наверное, заметил мою маленькую слабость – я люблю рассказывать истории. Их любопытно собирать из обрывочных мыслей и ощущений, вертящихся в головах людей. История Петтигрю меня потрясла. И я хотел бы её тебе поведать, Гарри. Подойди, Хвост, сядь рядом с Гарри. Чувствуешь его? - Лорд ухмыльнулся и безнадежно махнул рукой. – Нет, у тебя нет никакой чувствительности, Хвост, но я думаю, что даже твоих крысиных глаз хватило, чтобы разглядеть, как Гарри похож на Джеймса, и если ты мне веришь, то добавлю, что он даже лучше, чем Джеймс. Его грязнокровая матушка оставила на нем свой притягательный огонёк.
– Видишь ли, Гарри, бедняга Хвост испытывал некую слабость к твоему отцу, - продолжил с удовольствием Волдеморт. – Среди волшебников это бывает редко. Но что делать, если страсть сильная и все мысли только о нем. Сколько тебе было, Хвост, когда чувства начали слегка зашкаливать? 15? 14? Где-то так. Интересно устроен человек, ему обязательно нужны друзья, с которыми он доверчиво и глупо делится своими тайнами. Хвост признался в своем непонятном ещё ему самому влечении оборотню. Как его звали? Ремус Люпин, кажется. Хвост нечаянно угадал, кому надо рассказать о своей беде. Никакого осуждения со стороны человека, который не такой, как все. Мягкие уговоры попытаться обратить внимание на девушек, убеждение, что это всего лишь восхищение талантами Джеймса. Но самое главное – сочувствие. Пока этого было достаточно, чтобы страсть продолжалась и усиливалась. Эмоции – человеческая слабость – требуют выхода. Хвост сознался Сириусу Блеку, полагая, что тот тоже ему посочувствует, выслушает, быть может, расскажет что-нибудь о Джеймсе личное, как самый близкий его друг. Но… Долго он смеялся и потешался над тобой, а, Хвост?
Лицо Петтигрю исказила гримаса. Гарри ощутил волну чужой ненависти, которая примешалась к его собственным бурным эмоциям – стало тяжело дышать. Секретная книжечка мародеров – смеющийся Сириус, который полагал, что бедный невинный Лунатик ничего не знает о Петтигрю!
– Колкости в твой адрес стали постоянными, верно, Хвост? Но боясь поссориться с Джеймсом и отдалиться от него, ты выслушиваешь все шуточки Блека и даже находишь силы подобострастно смеяться над его остротами; перешагивая через природную трусливость, бегаешь с ними на все их небезопасные ночные приключения. Нужно ли говорить, что о твоей слабости Блек поспешил рассказать самому Джеймсу, - Волдеморт растянул рот в жуткой улыбке. – Но у того на уме были только квиддич и красавица грязнокровка Эванс, с которой он страстно мечтал перепихнуться во всех мылимых и немыслимых уголках Хогвартса.
Гарри закрыл глаза, вызывая в памяти дневник мамы, и волна отвращения откатила – Мама и папа любили друг друга!
– Что дальше? Блек и Поттер пытались наставить Хвоста на путь истинный: показывали старую добрую «Чарующую плоть», рассказывали, как это здорово быть с девушкой, и даже свели беднягу с одной из Гаффелпафских дурнушек. Как тебе, кстати, она, Хвост? Скучно? Неинтересно? Мешала мечтам о Джеймсе? Тем временем, если мне не изменяет память, Джеймс соблазнил свою вожделенную грязнокровку. Хвост очень переживал. Что ты скривился, Гарри? Разве тебе было бы приятно, если бы твою девчонку штопал другой, пусть даже и хороший парень? У Хвоста пропадали шансы уговорить Джеймса попробовать хотя бы из любопытства, а надежда была, верно, Хвост? Джеймс был большим любителем острых ощущений! Но момент, очевидно, упущен, Джеймс даже перестал мыться в присутствии Хвоста в общей ванной. Опять Блек поработал, комментируя жадные взгляды бедняги Питера.
Выпускной и свадьба Поттеров. Хвост боялся, что это окончательно отдалит от него Джеймса. Но к счастью, тот и не думал порывать со старыми друзьями. Его глупая жена терпела Блека, к которому, кстати, Гарри, если ты не знаешь, страшно ревновала твоего отца, нянчилась с оборотнем, пока он в неё не влюбился без памяти, и не знала, как вежливо отогнать вечно угождающего серенького друга Питера, который, была б его воля, превратился бы в домашнего эльфа, лишь бы быть поближе к объекту обожания.
– Теперь, Гарри, мы подходим к самой интересной части истории Петтигрю. В процессе своей работы он столкнулся с миром магглов. О, а в нем таких как он, предостаточно. Но вот беда – Хвост неказистый. К счастью, на глупых магглов действуют даже самые простые приворотные зелья. – Волдеморт рассмеялся. – Ну а если с умом использовать многосущное зелье…
Гарри рухнул с кресла. Петтигрю испуганно отскочил.
– Он очень впечатлительный, - наигранно вздохнул Волдеморт, удовлетворенно глядя на бесчувственного Гарри. – Помоги ему, Хвост, я ещё не закончил.
Петтигрю, дрожа и втягивая голову в плечи, похлопал Гарри по щекам и усадил в кресло. Гарри вяло посмотрел на Волдеморта. Но сознание возвращалось, и вскоре на его лице появились ненависть и отвращение.
– Знаешь, чем эта настойка хороша, Гарри? - ласково прошелестел Лорд. - Что тело, которое приобретает выпивший её, ничем не отличается от оригинала. Он бросил в зелье волос твоего отца – его частичку, его сущность… Только не нужно это делать на меня, прекрати, Гарри, - удовлетворенно воскликнул Волдеморт, - похоже, чувствительность в тебе от мамочки, её тоже выворачивало наизнанку в присутствии Хвоста, особенно когда она была беременна тобой! При всем этом она понятия не имела о похождениях Питера и страстях, бушующих в его никчемной оболочке. И уж тем более даже подумать не могла, что заискивающе улыбающийся Петтигрю ненавидит её. Он страстно желал, чтобы она умерла, когда рожала тебя, Гарри! Но разве его жалкие чары могли погубить кого-нибудь? Да, Хвост… А помнишь, как невовремя к тебе в камин ворвался вервольф? И узнал, как проводит свое свободное время его школьный товарищ. Куда-то вмиг исчезла его терпимость. Ругал тебя, верно, Хвост? Пришлось напомнить ему, что он сам вообще волшебная тварь, от которой не отвернулся в свое время он, Питер Петтигрю, не заложил его всей школе. И вообще, до сих пор молчит о том, что добрый и верный вервольф влюбился в Лили. Ну и что, что у тебя на неё никаких планов, зато вряд ли Джеймсу понравится, что в его доме крутится мужчина, которого влечет к его жене. Порешили на том, что Люпин молча вздыхает по Лили, а Петтигрю живет так, как считает нужным..

URL
2011-02-09 в 00:01 

DanielleCollinerouge
Гарри закрыл глаза, пытаясь унять боль в сердце и дрожь в теле. Вызвал в памяти дневник мамы, разговор с Люпином. Нужно сопротивляться! Легче воспринимать этот ужасный рассказ Волдеморта, безжалостно роющегося в чужих мыслях.
– Вокруг Джеймса собрался просто восхитительно запутанный клубок, - довольно прошептал Волдеморт. – Жаль, я узнал все тонкости через много лет после его гибели. Но Хвост и без меня неплохо справлялся. Намекнул Блеку, что Люпин не прочь занять место возле Лили, посеял зерно сомнения между друзьями! Браво, Хвост! Тем временем Джеймс Поттер, как активный участник сопротивления, здорово меня достал. И что же я вижу – его великолепная мордашка непрерывно крутится в голове моего новоиспеченного упивающегося. Такая страсть глубоко тронула меня. Дамблдор так помогал прятаться Поттерам, что я уже почти утратил надежду их найти, - Волдеморт наигранно вздохнул. – Петтигрю – мой шанс на них выйти. Я предложил Хвосту, как на мой взгляд, достаточно соблазнительную сделку – он приносит в жертву свою неправильную любовь, я даю ему место среди особо приближенных, высокий пост в новом, моём, Министерстве Магии и… избавление от порочной страсти. Со смертью Джеймса это влечение прекратилось бы. А теперь, Гарри, обрати внимание на стойкость Хвоста и силу его чувства – он чуть не согласился. Но что-то перекрутил в своих мозгах. Такая любовь, Гарри! Я потрясен! Мечты Хвоста о Джеймсе – такая пикантная подпитка для меня! Хотя не скрою, что удивился, когда в голове Пита ясно прочувствовал, что он предпочитает свою страсть, нежели иметь толстый портфель министра. Мелкая душа! Что поделать, ошибки неизбежны, когда мыслишь по-другому. Пришлось искать другой подход. Я пообещал, что убив Джеймса, при помощи черной магии воскрешу его. Послушную копию, с которой он может делать все, что угодно. И снова неудача. Хвост усомнился в моем могуществе: вдруг это будет всего лишь безвольная кукла. Пришлось показать, как это делается на одном из провинившихся приближенных. Возродившаяся копия – очень послушная. Её единственный недостаток – безынициативная. Впрочем, такую мелочь можно потерпеть.
– Тем временем измученные подозрениями Поттеры начали отдаляться от Хвоста. Лили, доверяющая своим инстинктам, не хотела его видеть. Блек помогал этому отдалению. Ну и наконец, узнавший об этом Джеймс тоже не слишком желал общаться с Петтигрю. Он доверял только Блеку. Ненавистному тобой Блеку, верно, Пит? Как не отомстить человеку, смеющемуся над его любовью, издевающемуся над его страстью, отдаляющего его от Джеймса? Получить Поттера и подставить Блека – вот что нужно было Питеру. И можешь не сомневаться – так и было бы, если бы не ты, Гарри. Я утратил силы и не смог полностью рассчитаться за услугу, оказанную Хвостом.
– Очень сентиментальная картина была видна в голове Питера. Если он не врет, то над телом убитого Джеймса он плакал. Правда недолго. Появился Блек. И если Джеймса уже не спасти, то почему бы не подставить ненавистного Сириуса Блека?
Гарри закрыл глаза. Когда-то в прошлой жизни в Визжащей хижине Сириус, Ремус и Петтигрю выясняли, что случилось той ночью, когда погибли Джеймс и Лили. Если бы тогда Гарри узнал всю правду? Нет, он не останавливал бы Блека и Люпина. Если бы прежде не сошел с ума.
Грязный дрожащий Петтигрю на коленях протягивал к нему руки:
– Гарри… Гарри… ты так похож на своего отца… как две капли воды!
– Как ты смеешь обращаться к Гарри! – его крестный не орал, а ревел эти слова. – Как смеешь смотреть ему в глаза? Как смеешь говорить о Джеймсе!?
– Ты действительно похож на Джеймса, - прошелестел Лорд, с любопытством разглядывая яркие мыслеобразы Гарри. – Просто удивительно. Особенно сейчас, когда вырос. Неудивительно, что Хвост несколько раз в виде крысы пробирался в Хогвартс, чтобы полюбоваться на тебя. Заметь, Гарри, рискуя своим здоровьем и спокойствием – какого рыжего кота ты так боишься, Хвост? – Лорд с нехорошей улыбкой посмотрел на мелко дрожащего Петтигрю.
– Однако я ещё не закончил историю, - спохватился Волдеморт, - после гибели Джеймса страсть Хвоста словно впала в анабиоз. Осмелюсь высказать предположение – остался жив и на том спасибо. Верно, Питер? Да и в облике крысы притупившиеся эмоции не так досаждали. Но похоже, Джеймс тебя никогда не отпустит, - Лорд снова улыбнулся, - надо же было такому случиться, что семья, в которой ты жил в виде толстенькой безобидной крысы, так подружилась ни с кем иным, как Гарри Поттером – маленьким Джеймсом. Что с тобой стало происходить, Хвост? – Лорд внимательно посмотрел на Петтигрю. – Знакомый запах, те же черты… Как трогательно, у Гарри даже та же манера спать! Ты не обращал внимания, Гарри, что крыса твоего друга чаще обнаруживалась в твоей постели, на твоей подушке, зарывалась в твои простыни?
По телу Гарри прошла заметная судорога отвращения.
– Когда беднягу Пита выгнали из теплого Хогвартского гнездышка, он поспешил на помощь своему господину. В конце концов, сколько можно жить в виде крысы, лишившись многих удовольствий!? Возможно, если помочь мне, то я вспомню те обещания, которые давал, – теплое местечко в новом Министерстве Магии. Но вот беда, когда Хвост начал помогать мне, ожили старые воспоминания. Хватит вздрагивать от отвращения, Гарри. Лучше пожалей беднягу Пита – ему начали сниться кошмары… как погиб Джеймс, как он плакал над его телом. Все это очень печально, сочувствую, Хвост. Посочувствуй и ты, Гарри, - Лорд смотрел то на сжавшегося Петтигрю, то на дрожащего от ярости и отвращения Гарри. – Хвост испытывал ко мне глубокое отвращение, но помогал… и помогает дальше. Более того, он не пришел в восторг от моей идеи убить тебя. Пришлось напомнить, что со смертью приходит и успокоение. Страсть к Поттеру тебя уже утомила, не так ли, Хвост? Однако ты, Гарри, тогда, возле могилы моего отца вел себя так же храбро и отчаянно, как и Джеймс. Ты впечатлил Пита. А за прошедшие три года так повзрослел. Я прямо любуюсь тобой, - в голосе Волдеморта зазвучали откровенные издевательские нотки. – Не сопливый подросток, но красивый юноша… уже даже мужчина.

URL
2011-02-09 в 00:01 

DanielleCollinerouge
Гарри было страшно представить, что происходит в душе девушки после услышанного. Он тоже повернул к ней голову. Железный блок и решительный взгляд.
– Даже так, - удивленно протянул Волдеморт. – Прекрасный блок, девочка, гораздо лучше, чем у Гарри, – он усмехнулся. – Последние события вынуждают меня пересмотреть свое отношение к Хвосту. Видишь ли, мой юный друг, последние два, нет уже почти три года я всячески стараюсь дотянуться до тебя. Но Дамблдор стережет тебя так, что позавидует любой маггловский президент. Ты все время вне зоны моей досягаемости. Никто из моих бестолковых слуг не может вытащить тебя из Хогвартса! Была небольшая надежда, что это поможет сделать Элизабет Смит. Но с энергетическими вампирами сложно работать. Сама хотела съесть тебя! - Волдеморт расхохотался. – Ты потрясающе везучий человек, Гарри Поттер. Тебя любят, хотят, ненавидят – вот что значит притягательный огонек, который оставила на тебе твоя грязнокровая матушка. А этот глупый любитель магглов Дамблдор еще и обвенчал тебя! – Волдеморт провел рукой в воздухе возле Гарри. – Старый сводник, что он с тобой натворил?! Уже раздавал автографы, а, Гарри? - Волдеморт посмотрел на Петтигрю. – Ты уже не хочешь, чтобы я убивал его, Хвост? Боишься той же осечки, что получилась с Джеймсом? Не бойся. Все будет хорошо, Хвост. Ты честно заслужил свою награду. Это, конечно, не Джеймс, и возможно тебе не будет хватать его веселого нрава, любви к экстремальным развлечениям, потрясающего чувства юмора. Да ну тебя, Хвост, в самом деле, прекрати так думать о Поттере-старшем, а то я тоже сейчас в него влюблюсь! – Волдеморт расхохотался. – У Гарри тоже есть свои достоинства. Лично мне он нравится больше… Грязнокровый огонек от матушки, знаешь ли… Однако я отвлекся. Ведь тебе, Гарри, интересно узнать, как удалось похитить твою девчонку. Представь себе, что это сделал именно наш Хвост! Набрался храбрости, решимости, отчаяния и даже наглости, забрался в виде крысы в вашу школу. Он хотел украсть тебя. Он много размышлял об этом, когда ползал за тобой по всему Хогвартсу и Хогсмиду. Но Дамблдор не спускал с тебя глаз, а вот про твою жену забыли. В ночь, когда Пит решился, ты по милости вампирши очутился в больничном крыле под усиленной охраной чокнутого Хмури. Дамблдор занялся этой горе-преподавательницей. Девчонка возвращалась в башню поздно, одна. Хвост напал на неё и при помощи моего портала переместился в этот гостеприимный замок, который так надеются найти тупоголовые авроры. Я знал, что за ней ты придешь туда, куда я захочу.
– Это был твой звездный час, Хвост. Ты честно заслужил свою награду. Я потрачу свои драгоценные силы на то, чтобы ты получил своего ненаглядного Джеймса. Что говорит пророчество, Гарри? - Волдеморт неожиданно встал. – Вместе нам не жить. Кто-то из нас убьет. Либо ты, либо я. Не смею противиться, - веревки, стягивающие руки и ноги Гарри, исчезли вместе с креслом и троном Волдеморта.
Гарри выхватил палочку и едва успел отскочить от посланного в него Круцио.
– Ступифай! – отчаянно крикнул он.
Красный свет, вылетевший из кончика палочки, отскочил от Волдеморта, не причинив ему ни малейшего вреда.
– Героично, только что ты со мной собирался делать, если бы и впрямь оглушил, - ноздри Водеморта возбужденно шевельнулись, рот снова растянулся в улыбке. Очевидно, усилия Гарри потешали его. – Вызвал бы авроров, чтобы меня сопроводили в Азкабан?
«Его нужно убить! – отчаянно думал Гарри. – Авада Кедавра – запрещенное заклинание. Нужна злость. Настоящая злость. Он убил беременную женщину – мою маму!»
– Авада Кедавра! – Гарри казалось, что он вложил всю ненависть и все свои силы в это заклинание. Зеленый свет также отскочил от Волдеморта.
– Комары кусаются не больно, Гарри, - почти добродушно прошелестел Лорд. – Твое жалкое заклинание не убило бы даже тебя, поставь я щит.
Такого поворота Гарри не ожидал. Он надеялся, что заклинание хотя бы оглушит Волдеморта и у него появится несколько минут, чтобы успеть добежать до Гермионы и вместе взяться за портал – амулет Снейпа.
– Теперь моя очередь, Гарри. Круцио!
– Патронус! – крикнул Гарри, не дожидаясь взмаха палочки Волдеморта. Серебристый олень принял удар на себя и растаял в воздухе.
– Отлично, Гарри. Ты все делаешь в точности, как твой отец. Именно своим ястребом он и отразил мой первый удар по нему. Второй не успел. Это заклинание отбирает много сил, верно, Гарри?
Это была правда. Гарри удалось вызвать мощного патронуса, поглощающего любое заклинание. Но Круциатус Волдеморта был настолько сильным, что Гарри еле удержал защиту. В теле появилась предательская слабость. На второго патронуса сил не хватит.
– Круцио! – удовлетворенно выдохнул Волдеморт.
– Протего! – выстрелил Гарри. Мощное заклинание частично отразилось. Сильная, но терпимая боль пронзила все тело. Гарри застонал.
– Неплохо. Джеймс гордился бы тобой, Гарри, - с издевкой проговорил Волдеморт. Но Гарри уловил в его голосе удивление. Это приободрило, но не слишком.
Гарри был обессилен. Два мощнейших защитных заклинания вытянули из него почти все силы. Руки дрожали, перед глазами плыло.
– Авада Кедавра или Круцио, Гарри? – осведомился Волдеморт. – Пожалуй, Круцио. С Авадой у меня против тебя не сложилось. А вот Круцио получается. Ты так жалостливо кричал на кладбище. Хвост расстроился. Ты умрешь в муках, Гарри! – неожиданно холодно произнес Волдеморт.
Зеркальный щит, - прозвучал в голове Гарри голос Гермионы.
– Круцио!!! – злобно крикнул Волдеморт и с силой метнул заклинание в Гарри.
Мощный световой поток ударил в появившийся из воздуха щит, отразился и попал в Волдеморта.

URL
2011-02-09 в 00:01 

DanielleCollinerouge
Гарри услышал страшный крик, в котором не было ничего человеческого. Волдеморт сам люто страдал от своего же собственного Круциатуса.
Гарри не знал, как ему удалось наколдовать зеркальный щит. Он вложил в заклинание остатки всех своих сил, но их не должно было хватить. Он с трудом пополз к Гермионе, тело почти не слушалось, сделавшись ватным от слабости.
– Гермиона, - позвал он девушку и подумал, что она, наверное, не слышит, слишком тихо получилось. Он глянул на неё. Девушка лежала там, где её, связанную, оставил Хвост – теперь с ужасом наблюдавший за скорчившимся Волдемортом. Гермиона была без сознания. И Гарри все понял – щит они поставили вдвоем. Он – заклинанием, она – силой мысли, её волшебную палочку отобрал Хвост сразу после похищения.
Делая невероятные усилия, Гарри заставил себя доползти до Гермионы. Колени и подгибающиеся руки отказывались ему служить. Гарри нащупал её руку и прикоснулся к амулету:
– Летус…
Привычное ощущение в животе, все закрутилось перед глазами, и Гарри ощутил под своей щекой траву. Рядом в сером рассвете высились башни Хогвартса.

URL
2011-02-09 в 00:02 

DanielleCollinerouge
Глава 43. Конец учебного года
В воздухе бесшумно скользнула летучая мышь.
– Черт бы вас побрал, Дамблдор! – прогремел в голове Гарри голос Снейпа.
Пересиливая слабость, Гарри повернул голову к лежащей рядом Гермионе. Над ней склонился неизвестно откуда взявшийся Снейп. Гарри крепче сжал руку девушки – теплая, значит, жива.
Рука Снейпа быстро коснулась шеи – Пусть тебя спасает Дамблдор! Девочка очень плоха.
Гарри проваливался в темноту. Со стороны увидел себя, распростертого на влажной траве, Снейпа, прижимающего руку к груди Гермионы – Давай, детка, живи! Не умирай, ты этого не заслужила!
К ним бежал Дамблдор.
– Гарри! Я убью тебя, Северус!
– Спасайте лучше мальчишку, директор! Разберетесь со мной потом! – дрожащая худая рука поднесла ко рту девушки флакончик. – Пей, девочка, пей… Вот так. И во имя Мерлина, не умирай!
Гарри никогда не видел у Снейпа такого лица. Черные, обычно пустые и злобные глаза профессора теперь горели. Гарри хотел посмотреть на Гермиону. Но вместо девушки на земле лежала его мать.
– Мама! – удивленно позвал её Гарри.
Лили лежала среди руин, глядя перед собой пустыми, как у Седрика, глазами.
– Гарри! Гарри! Пожалуйста! Очнись, мальчик!
Тепло в груди, рассеивающаяся темнота, перекошенное от страха лицо директора и волна облегчения.
– Как я понял, господин директор, меня помиловали, - знакомая ехидца в голосе Снейпа.
– Их нужно доставить в больничное крыло, Северус, - отмахнулся от язвительного замечания Дамблдор.
– Поттера понесете вы, - ответил Снейп, беря на руки Гермиону.
– Твоя шутка совершенно неуместна, Северус! – строго ответил Дамблдор и наколдовал носилки.
– Что с Гермионой? – попытался спросить Гарри, но удалось только вяло шевельнуть губами.
– Все будет хорошо, Гарри. Она поправится, - успокоил его Дамблдор.
*
Гарри выпил очередную порцию Укрепляющего зелья. Прошло уже несколько дней, но слабость во всем теле по-прежнему оставалась такой, что Гарри все ещё с трудом вставал с кровати. Гермиона пребывала примерно в таком же состоянии.
Между их кроватями на стуле сидел Рон и рассказывал о том, что тем временем происходит в Хогвартсе.
– Защиту от темных искусств временно ведет Снейп. Гарри, это полный кошмар! Мучает похлеще, чем на зельях. Везет малым – у них заменяет Флитвик.
– А что с Красоткой? – спросил Гарри.
– Никто точно не знает. Говорят, что она оказалась энергетическим вампиром и едва тебя не укусила! А ещё, ей 150 лет и она пила омолаживающее зелье, которое ей варил Снейп.
Гарри слабо рассмеялся.
– Это слухи, конечно. А что на самом деле было?
– Она, действительно, энергетический вампир. Хотела меня объесть. Но тут появился Снейп, - объяснил Гарри. – Была крутая разборка.
– А ей правда 150 лет? – спросил Рон.
– Не знаю, как на счет 150, но 70 точно, судя по тому, что видел в видении.
– Фу, - брезгливо поморщился Рон и хохотнул. – Малфой целовался с этой старой ведьмой!
Гарри и Гермиона рассмеялись, тоже не забыв фыркнуть.
– А ещё Дамблдор рассказал, что ты опять сразился с Волдемортом, - продолжил Рон.
– Да, - ответила Гермиона. – И это было впечатляюще, Рон. Гарри сумел защититься.
– Но не долго, - вздохнул Гарри. – Он такой мощный. Честно говоря, я не представляю, как его можно уничтожить.
– Так что, на него и Авада Кедавра не действует? – ужаснулся Рон.
– Его даже не оглушило, - ответил Гарри.
– А мы на Защите долбим щит и Оглушающее! Кошмар! Гарри, а как же быть?
– Не знаю, - честно сознался Гарри.
– Ну, ладно, - вздохнул Рон. – Одно утешает. Наш факультет из-за твоей доблести получил 300 очков, так что Кубок школы – наш!
Гарри вяло улыбнулся и закрыл глаза. Гермиона почему-то всхлипнула.
– Ах да, - спохватился Рон, - вас освободили от экзаменов!
*
Гарри шел в кабинет профессора Дамблдора. Утром его и Гермиону, наконец-то, отпустили из больничного крыла. Самочувствие его было удовлетворительным, хотя полностью слабость ещё не исчезла. Но Гермиона рвалась на уроки, а самому лежать в больничном крыле Гарри не хотелось. Его появление в классе и гриффиндорской гостиной было встречено перешептыванием и переглядыванием, от которого Гарри отгородился надежным блоком. Рассказывать ничего не хотелось, хотя и пришлось ответить на некоторые вопросы, в частности, какие заклинания против Волдеморта он применял. Патронус?! Ого, да такое даже на НОЧи не выносится! Говорят, его только авроры применять умеют! Ну и что? Какое значение это имеет, если против Волдеморта ничего не действует! Наверное, уже отошел от своего Круциатуса.
Гарри подошел к гаргулии. С той ночи, когда произошел поединок, Гарри так и не удалось толком поговорить с Дамблдором. В больничном крыле он почти все время спал или лежал в полудреме. Да и особого желания разговаривать с кем-либо не было. Гаргулия повернулась, открывая доступ к вращающейся винтовой лестнице. Гарри вошел в кабинет. Дамблдор сидел за столом. Увидев Гарри, улыбнулся – Сердишься на меня, мальчик?
Сердишься! Вы же хотели, как лучше, - Гарри стал перед директором.
– Я рад, Гарри, что ты все понял и не держишь на меня зла, - ласково блеснули очки-полумесяцы, – ты и в самом деле ещё не готов к решающей схватке. Но то, что ты уже сделал, впечатляет, мой мальчик. Поэтому, у меня есть серьёзные основания верить в победу.
– Но профессор, - удивился Гарри, - у Волдеморта просто невероятная мощь! Честно говоря, я на грани отчаяния, мне кажется, его невозможно уничтожить!
– Тебе удалось обернуть против него его же собственное заклинание. А это уже что-то, поверь мне.

URL
2011-02-09 в 00:02 

DanielleCollinerouge
– Без Гермионы ничего бы не получилось, - возразил Гарри.
– Вы замечательная пара, - искренне воскликнул Дамблдор. – И вот ещё что, Гарри, – профессор поднялся. – Когда вы вернулись… профессор Снейп очень помог Гермионе. А затем и тебе. То зелье, которое вы принимали, очень хорошее зелье, Гарри, готовил для вас Северус… профессор Снейп. Я думаю, его стоит поблагодарить.
– Да, сэр, - кивнул Гарри.
– Я рад, что ты тоже так думаешь, - удовлетворенно улыбнулся Дамблдор. – Ну и наконец, Ремус… он очень переживал за тебя. Могу ли я передать ему, что ты по-прежнему будешь рад его видеть?
– Да, сэр.
*
Нет, конечно, Снейпа нужно поблагодарить, размышлял Гарри, спускаясь лестницами в подвал. Ведь именно он прекратил тот кошмар, когда Гарри не пускали попытаться спасти Гермиону. Гарри даже передернуло от воспоминания. Похоже, это были несколько часов в Азкабане. И, надо признать, если бы не зелье Снейпа (неужели и впрямь с сердцем стало плохо?) и не портал… Об этом уже лучше не думать. Худшее уже позади. Конечно, и профессор Дамблдор, и Ремус хотели как лучше. Действительно, глупо губить две жизни, когда можно принести в жертву одну. Но, но… Об этом тоже лучше не думать, иначе в груди начинает вскипать нечто, неприятно похожее на ненависть… Нет, нет, Дамблдор делал как лучше. Пророчество говорит, что Гарри – единственный, кто может убить Волдеморта. И разве не разумнее пожертвовать малым во имя спасения многих жизней. Но, но… Нет – Гарри помотал головой, отгоняя неприятные мысли, и получил приступ головокружения. Нужно будет после разговора со Снейпом не забыть сходить к мадам Помфри за очередной порцией укрепляющего зелья.
Гарри вошел в подземелье Снейпа, но профессора нигде не было видно. Для очистки совести поискал его в Общем Зале и в учительской и решил, что разговор по техническим причинам придется отложить.
Чувствуя усталость после уроков и поисков Снейпа, Гарри отправился в свою комнату за сэром Кэдоганом. Там и кровать мягче, и спокойнее, и никто не будет доставать вопросами: как ты, Гарри, восклицаниями: ой, девчонки, он так бледен, не рано ли его выпустила мадам Помфри? и, наконец, расспросами о том, как выглядит Волдеморт, а сильно больно это Круцио, а ты пробовал применить Аваду Кедавру?
Ну вот, а про укрепляющее зелье забыл! Но возвращаться в больничное крыло уже нет ни сил, ни желания.
– Пароль, негодяй! Жалкий трус! – крикнул сэр Кэдоган.
– Чокнутый эльф, - устало выдохнул Гарри и вошел в комнату. Подружились, видать, Добби и сэр Кэдоган. Кстати, о Добби.
– Добби, - позвал Гарри эльфа.
– Да, сэр! – с визгом появился тот.
– Сходи к мадам Помфри и принеси зелье, - приказал Гарри, расстегивая мантию.
– Сию минуту, хозяин! – Добби метнулся к выходу.
– И не называй меня хозяином при Гермионе, - пробормотал Гарри, валясь на бледно-лиловое покрывало.
Наверное, домашние эльфы могут аппарировать даже в Хогвартсе, а иначе как объяснить скорость, с которой Добби выполнил поручение Гарри. Разве что дрессировкой в семье Малфоев.
Гарри проглотил терпкое питье, откинулся на постель, успел подумать, что, наверное, зря выпил зелье, теперь не уснет – и провалился в сон.
*
Проснулся словно от толчка, открыл глаза и сразу увидел Гермиону. Она сидела возле камина, собрав возле себя зажженные свечи, читала тяжелый том. Когда Гарри посмотрел на неё, она подняла глаза от книги, встретилась с ним взглядом. Растрепанная книга из библиотеки на её коленях, небрежно подхваченные волосы, халат с котятами – все было таким знакомым и родным, что Гарри на мгновение ощутил липкий ужас от мысли, что всего этого могло больше не быть.
Он рывком сел.
– С пробуждением, - улыбнулась Гермиона. – Спрятался от заслуженной славы? Все ходят за мной и спрашивают, что Волдеморт с нами делал?
Она отложила книгу, подошла, села на край кровати. Гарри обнял её худенькое тело, зарылся в волосы лицом. «Неужели Дамблдор полагал, что я смогу без неё?»
Девушка обняла его в ответ, он почувствовал, что её пальцы ласково ерошат волосы на затылке, гладят шею. Закрыл глаза, нашел губами её губы, целовал, наслаждаясь её вкусом и ощущением шелковистых волос под своими пальцами, отпускал ненадолго, чтобы вдохнуть, и снова прижимался ртом к её податливым и нежным губам.
Когда он в очередной раз прервал поцелуй, Гермиона тихонько засмеялась.
– Ты что?
– Ты здорово целуешься, Гарри, - прошептала она. – Правда, здорово!
*
Утром перед завтраком Гарри, наконец, увидел Снейпа. К счастью, профессор шел один, и в коридоре никого больше не было. Значит, поблагодарим зельеведа, и гора с плеч!
– Профессор Снейп! – окликнул его Гарри.
Показалось, или впрямь вздрогнул? Неохотно повернулся.
– Я хотел поблагодарить вас, профессор, - как можно спокойнее и доброжелательнее произнес Гарри. – Если бы не ваша помощь… - он замолчал, встретив ледяной взгляд, полный неприязни. – И за зелье тоже спасибо, - неуверенно закончил Гарри. От злости профессор с трудом удерживал блок.
– То, что ты спас девушку, - это минимум, который ты должен был сделать! – процедил Снейп.
В уши Гарри словно хлынул поток – Проклятое ваше отродье Поттеров! Ненавижу! Отец погубил Лили, сын – Гермиону! Всё вам, только вам, Поттерам!!!
Снейп схватил Гарри за грудки. Северус, склонившийся над Гермионой, Эрмион (у неё такое же имя!), Лили (как девочка на неё похожа!). Все эти картины пронеслись перед глазами Гарри за несколько секунд.
– Убирайся! – заорал профессор и оттолкнул Гарри с такой силой, что он упал на пол, больно ударившись спиной.
– Северус! – услышал он грозный голос Дамблдора. – Прекрати истерику! Ты совсем спятил!? Держи себя в руках при мальчике!
Снейп, тяжело дыша, с трудом запихивал мысли под железобетонный блок.
– Идем, Северус, - строго приказал Дамблдор. И Гарри ясно понял – профессора Снейпа ведут на ковер к директору!
– Иди завтракать, Гарри, - уже спокойно произнес Дамблдор, повернувшись к сидящему на каменном полу парню. – Надеюсь, все увиденное останется между нами. Просто у Северуса совсем сдали нервы. Думаешь, он не переживал за тебя и Гермиону?!
Как же, сэр! Разве что за Гермиону. Видимо, только из-за неё и выпустил. Но, Бог мой, - глаза Гарри расширились. – Кажется, произошло нечто ужасное. Учитель приревновал своего ученика. Своего ненавистного ученика! Только этого мне и не хватало! – Гарри поднялся и медленно поплелся в Большой Зал, хотя есть уже совсем не хотелось.
*

URL
2011-02-09 в 00:02 

DanielleCollinerouge
*
Перед отъездом на каникулы Дамблдор вызвал Гарри к себе.
– Я хотел обсудить, где ты проведешь лето, Гарри, - мягко произнес директор.
– У Гермионы? – спросил тот.
– Да. Теперь ты находишься под защитой рода твоей жены. Поэтому у Грейнджеров ты будешь в безопасности.
– А родители Гермионы знают, кто я? – спросил Гарри. Его вдруг охватило волнение. Он так мечтал, чтобы больше никогда не возвращаться к Дурслям. Но на Привит-драйв он знал, как себя вести и как к нему относятся. А как встретят его родители Гермионы?
– Не переживай, Гарри, - Дамблдор успокаивающе покачал головой. – Я отправил мистеру и миссис Грейнджер письмо, в котором все объяснил про тебя. И помимо того, что ты сирота, к которому несправедливо плохо относились дядя и тетя, я не забыл упомянуть, что ты – один из лучших учеников Хогвартса, а также происходишь из древнего богатого волшебного рода. Думаю, они не будут возражать против такого родственника. Я уверял в самых изысканных выражениях, что ты – лучшая пара для Гермионы. Остальное в твоих руках, Гарри. Веди себя хорошо, - и Дамблдор подмигнул ему.
– Спасибо, сэр, - улыбнулся Гарри.
– К твоему появлению, я надеюсь, у четы Грейнджеров пройдет первый шок.
– Профессор, – спохватился вдруг Гарри. – Я только сейчас вспомнил – у меня нет нормальной маггловской одежды. Если я покажусь родителям Гермионы в своем секонд-хенде от Дадли, они решат, что вы пошутили насчет наследника богатого рода волшебников.
– Я подумал и об этом, - Дамблдор поднялся из-за своего стола. – Считай это моим подарком на твое совершеннолетие, Гарри, - и директор указал на сложенные совершенно новые модные джинсы, футболку, рубашку и кроссовки.
– Спасибо, сэр, - искренне поблагодарил его Гарри.
*
Он поднимался в вагон вслед за Гермионой, когда к ним подошли Малфой, Кребб и Гойл.
– Так что, Поттер, эта грязнокровка в натуре твоя подружка? Только не говори мне, что вы трахались. Ты умеешь это делать?
Гарри проигнорировал его. Воспоминания о беременной Пенси вызывали в нем глубокое отвращение к Малфою.
– Фу, ну и вкус у тебя! – не унимался Малфой. – Тощая лохматая грязнокровка!
– Зато молодая! – резко обернулся Гарри. – Видишь ли, Малфой, я глубокий извращенец. Мне нравится молодая девушка, а не парни и бабушки.
Драко вздрогнул, как будто Гарри сильно ударил его. Слухи о возрасте Элизабет Смит ползали вместе со сплетнями о том, кто она такая вообще. Малфой кисло поморщился и отстал. Рон хихикнул, вспомнив рассказ Гарри о поцелуе Малфоя и Элизабет. Гермиона улыбнулась Гарри и села напротив парней.
– Как твой роман с Эрикой? – поинтересовался Гарри у Рона.
– Она пригласила меня к себе на каникулы, - бодро ответил он. – Жаль, что она уже закончила Хогвартс. Ну ничего! Я к ней поеду. Вот увидите! Мне уже 17, так что мама не сможет мне запретить.
Спорим, у них ничего не будет? – Гермиона посмотрела на Гарри.
Тут и спорить нечего, - поднял брови в ответ Гарри.
– Ну а вы? – спросил Рон и растянулся в снисходительной улыбке, глядя на Гарри и Гермиону. – За за милю видно, что вы по уши друг в друга втресканные!
Рон расхохотался. Гарри смущенно улыбнулся, Гермиона укоризненно сжала губы.
– Даже не верится, что на вокзале меня не будет встречать мой любимый дядюшка! – выдохнул Гарри и тут же внутренне напрягся: как все-таки примут его родители Гермионы?
Все будет хорошо, Гарри, это я беру на себя! – сжала его руку Гермиона.
– У вас будет такое жаркое лето! – Рон снова покатился от смеха.
Малфой и его верные телохранители вышли из Хогвартс-экспресса в числе первых. Малфой придумал изысканное оскорбление для Поттера и решил, что не может ждать до 1 сентября, чтобы высказать его. Но тот словно сквозь землю провалился. Вот и его грязнокровка, и рыжий долговязый Уизли со своей не менее рыжей сестрой. Где же Поттер? Такая острота пропадает!
Малфой уже заметил свою мать и перед тем, как быть сжатым в ее объятиях, еще раз поискал глазами Гарри Поттера. Нет, все-таки проскользнул незаметным в толпе. Посмотрев для верности в сторону Гермионы, Малфой увидел, что она обнималась со своими родителями-магглами. Рядом с ней топтался высокий смазливый парень с темными волосами – видать, кто-то из ее маггловской родни. Эх, жаль, пропала острота. Нужно постараться не забыть ее до первого сентября.

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Тайная книжка Мародеров

главная